Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий

Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 926


Там, где тянулись деревянные причалы и стояли покосившиеся сараи, когда-то был речной порт. И можно было угадать, каким он был: ряды складов, от которых теперь остались лишь огрызки стен, подъездные пути для монорельсовых повозок и грузовиков, посадочные площадки для трейлеров... Когда этот порт в одночасье обезлюдел, он быстро пришел в упадок. Потом окрестные жители забрались в склады и растащили оттуда то, что могло представлять ценность в хозяйстве, но рельсы остались на месте — портальные краны, рухнув со временем, перегородили подъездные пути, как скелеты вымерших чудовищ. Лишь один каким-то чудом остался стоять, склонив набок острую морду. То, что было слишком тяжело или не пригодилось людям так и продолжало валяться, ржаветь, гнить, пылиться. И потому некогда широкая улица, что вела от причалов вверх, к Городу, вынуждена была виться, огибая груды камней и бетона, проржавевшие бухты кабелей, рассыпавшиеся стопы стальных отливок, пустые контейнеры; на мостовой возвышались холмы и холмики, и теперь уж не угадать было, из чего такой холм возник, — то ли это была когда-то гора удобрений, высыпавшихся из мешков, то ли железная руда, то ли окаменевшая соль. Есть миллионы вещей и продуктов, без которых не обойтись цивилизованному обществу и которые не понятны, не нужны и даже вредны для первобытных людей. Среди этого запустения лениво бродили мелкие куры, вороны расклевывали чудом уцелевший пластиковый мешок. Из погнутой и пробитой в нескольких местах цистерны, на которой еще можно было угадать надпись «Ацетилен», выглядывала тощая собака, нищие и калеки сидели в ряд под выложенной цветными плитками в стене буквами «Холо..льник № 67», протягивали худые руки и бормотали:
— Подайте славным рыцарям, умирающим от голода!
Выше по склону склады кончились, и потянулись оплетенные лианами и диким виноградом, невероятные по размерам руины какого-то учреждения, передняя стена которого с дырками выбитых окон поднималась этажей на двадцать, а сквозь оконные проемы было видно небо и остатки гнутой арматуры. Дальше когда-то был район вилл и домов, которые прятались в садах. От садов остались редкие одичавшие деревья. Аллея высохших пальм вела к изысканным, вырезанным из розового камня воротам, от которых сохранилась лишь одна створка. Стены некоторых вилл стояли, перекрытые сверху жердями и кусками железа. Другие рухнули, и на их руинах выросли хижины и кривули-домики нынешних жителей Города.
А дорога вела все выше и выше, она обогнула стройное, ничуть не тронутое временем здание с высокой красной башней. Здание было обвешано разноцветными флагами. У входа стояли два вкушеца в синих тогах, расшитых серебряными звездами.
Братья-близнецы поклонились этому зданию, приложив руки к сердцам, воины гладили себя ладонями по щекам. Наверное, решила Алиса, это местный собор.
За собором с площади открылся вид на море.
Вернее, на море и на небо сразу — они были голубыми и сливались на горизонте так незаметно, что не догадаешься, где кончается вода, а где начинается воздух.
С этой площадки открывался другой мир, он был шире, душистей и даже теплее. И теплота в нем была наполнена упругим ветром, который мог разгуляться, набрать силу и впитать в себя просторы моря, пышность облаков и запах соли...
Море было пустым. Только у берега, куда сбегали кривые, узкие улочки, чернели полоски рыбачьих лодок, а далеко, у самого горизонта, виднелся одинокий белый парус.
Занудные, скучные и пыльные запахи города сразу исчезли...
Единороги замерли, глядя вперед, — возможно, они никогда еще не видели моря и не знали, какие бывают в мире просторы.
Один из единорогов легонько ударил золотым копытом по камню, и из камня вырвался столб искр. Братья тоже не двигались и тоже молча глядели вперед; они были лесными жителями, а в лесу горизонт всегда закрыт деревьями, мир огражден зелеными стенами.
Сзади слышалось дыхание воинов. Но никто не сказал ни слова.
И неизвестно, сколько бы длилась эта сцена, если бы не пронзительный голос Вери-Мери:
— Поклоны, поклоны, мы не можем задерживаться!
— Проклятие! — Левый Крот ударил единственным сапогом в бок единорога, тот недовольно дернул головой, но подчинился и медленно начал спускаться вниз.
Они долго ехали по улицам, кривым и вблизи совсем не таким приятным и веселым, какими казались с верхней площади. Они были пыльными и грязными, там стояла вонь от жаровен, бродили облезлые псы, из-за покосившихся заборов вылезали цепкие колючки кустов, в пыли возились грязные детишки. Море часто пропадало из виду, но присутствие его все равно ощущалось — сейчас откроется за поворотом, сейчас блеснет между кустов.
Минут через десять они выехали на большой плац, окруженный некогда роскошными, а теперь запущенными и полуразрушенными строениями. На фронтоне одного из них, над колоннами — пять на месте, шестая рухнула и валяется, рассыпавшись на каменные бочонки, — выбиты слова: «Музей искусств». Перед музеем — деревянные ящики, затянутые с одной стороны решетками. В ящиках скорчились голые люди. К столбу, врытому в землю перед входом в музей, был привязан человек, два других полосовали его бичами, и после каждого удара на спине несчастного вздувалась красная полоса.
— Что там? — спросила Алиса.
— Тюрьма, — ответил Левый Крот равнодушно.
— Тюрьма? А раньше что было?
— Здесь всегда была тюрьма, — откликнулся Вери-Мери, что семенил рядом с единорогом, стараясь не отстать. — Там даже написано: «Тюрьма». — И он показал потной ручкой на надпись: «Музей искусств».
— Кто вам сказал? — спросила Алиса.
— Все знают, — ответил Вери-Мери.
Рыцари свернули к другому, самому большому на той площади дому. И не надо было быть мудрецом, чтобы догадаться, что там когда-то был театр: над широким входом, к которому вела пологая лестница, виднелись полустертые изображения поющих и танцующих фигур.
Сейчас сбоку от лестницы к невысоким столбикам был прибит длинный брус — коновязь, стояли привязанные к нему лошади, одни под попонами, другие с разукрашенными седлами, рядом лежали носилки. Вокруг толпились слуги и воины.
Кроты спрыгнули с единорогов, появление которых вызвало оживление среди челяди и охраны.
Воины Кротов отвязали и положили на землю статую «Читательницы». Вери-Мери осмотрел Алису и остался недоволен.
— Она одета не так, — сказал он.
— Так раздень ее, — отмахнулся Левый Крот.
Кроты волновались, они боялись того, что ждет их, но скрывали страх за грубостью. Кричали на воинов, топали, говорили громко.
Вери-Мери рванул Алису за рукав серенького платьица, что дала ей Речка, которое она надела поверх комбинезона.
— Это сними! — приказал он.
Алиса не выносила, когда ее хватают даже за рукав. Разумеется, старших бить нельзя... Но тут она не выдержала, схватила пигмея за руку, вывернула ее назад и сделала ему подсечку. Пигмей взлетел в воздух и шлепнулся задом о каменную мостовую.
Как он взвыл! Рыцари схватились за мечи, слуги и воины, окружившие их, захохотали. Никто не любил Вери-Мери.
— Убью! — завопил пигмей, поднимаясь и потирая ушибленный копчик.
— Только попробуй! — ответила Алиса.
— Хватит шуметь, — сказал Левый Крот. — Пускай остается как есть. Еще не хватало нам устраивать драки перед дворцом Повелителя.
По лестнице к ним уже спешил какой-то поклон, на лице которого были нарисованы желтые и зеленые круги, в ушах висели тяжелые медные серьги, длинная розовая тога развевалась, как облако.
— Что за шум?! — закричал поклон. — Вы забыли, где находитесь?
— Мой слуга нечаянно упал, — сказал Левый Крот. — Это больше не повторится.
Правый Крот промолчал, но Алиса увидела, как побелели его пальцы, которыми он схватился за рукоять меча.
— Так чего же вы здесь прохлаждаетесь? — сердился вельможа. — Все уже собрались. Как докладывать?
За его спиной стояли два стражника с обнаженными мечами.
— Доложи: Великие и Кровожадные Кроты, бароны леса, — сказал Правый Крот, — прибыли просить защиты, милости Повелителя и принесли с собой дары.
— Кроты? Вам запрещено входить во дворец, — сказал вельможа. — Вы нарушили мир в столице и, предательски напав из-за угла, убили знаменитого и величественного поклона Червяка Самоготолстого.
— Клевета! — воскликнул Левый Крот. — Чье слово против нашего?
— Слово его воинов.
— Слово воинов — грязь и ничтожество перед словом поклонов, — сказал Правый Крот и решительно пошел к лестнице.
— Стойте, ждите! — Вельможа отступал перед рыцарями, которые решительно шагали вверх по ступеням.
— А вы за нами! — обернулся Левый Крот к воинам и Алисе. — Девчонка, статуя — все здесь?
Вельможа повернулся и кинулся внутрь театра.
Стражники, хоть и держали мечи перед собой, медленно отступали, не смея напасть на знаменитых разбойников.
Так они и прошли через холл театра, где сохранились окошки, над которыми было написано «касса», мимо холла с остатками гардероба.
Тут их ждал следующий заслон.
Это были воины громадного роста в кольчугах и стальных шлемах. На плече каждого, вцепившись когтями в кожаную подушечку и уставившись желтыми злыми глазами на пришельцев, сидел орел. В руках они держали раздвоенные на концах короткие мечи.
Между воинами стоял длинноносый старик с острой седой бородой, на голове которого возвышалось чучело попугая.
— Остановитесь! — произнес старик. — Вы нарушаете тишину дворца. Нам не нужны разбойники в нашем великом и культурном государстве.
— Мы требуем, — сказал Левый Крот, — чтобы нас провели пред сверкающие очи Радикулита Грозного, нашего господина и покровителя.
— Вы нарушили закон!
— Закон? — сказал Левый Крот. — Закон устанавливают благородные поклоны. Пусть судит нас сам Повелитель.
— Тогда отдайте оружие, — сказал старик, — и вас выслушают.
Братья переглянулись. Они колебались. Но спереди стояли стражи в кольчугах, с орлами на плечах.
— Разрешите нам взять с собой подарки Повелителю? — спросил Левый Крот.
— Подарки всегда разрешается брать, — согласился старик.
Мечи братьев звякнули о пол. Их воины, что несли Белую Даму, тоже положили на пол оружие.
Старик подошел к дверям, над которыми была надпись: «Партер», распахнул их и воскликнул:
— Рыцари лесного замка, кровожадные зубастые Кроты приползли на брюхе просить милости и прощения Повелителя Радикулита Грозного.
Голос его гулко разносился по зрительному залу.
В ответ послышался гул многочисленных голосов. Затем голоса стихли и послышался низкий хриплый голос:
— Пусть войдут.
Они вошли в зрительный зал.
Давно в нем не играли спектаклей. Давно уже упали, сгнили портьеры, слезла бархатная обивка с кресел, да и кресел почти не осталось. Лишь десятка два, кое-как сбитых и починенных, обтянутых мешковиной, стояли полукругом в пустом и гулком зале. В креслах сидели поклоны.
На сцене стоял великолепный трон, освещенный множеством факелов и свечей. Трон был белый, с высокой спинкой, белыми подлокотниками, с двигающейся полочкой под рукой, чтобы можно было положить на нее что захочешь... И тут только Алиса сообразила: это же старинное зубоврачебное кресло!
В кресле сидел пожилой мужчина с перебитым носом. Его редкие пегие волосы были собраны в пучок на макушке. Пучок был охвачен узкой золотой полоской с зубцами — короной. Одет мужчина был просто — в кольчугу на голое тело. Лишь на пальцах сверкали перстни. На переносице Повелителя были очки с одним стеклом. Он снял очки, протер стекло, глядя на вошедших, которые растворились в полутьме громадного зрительного зала, снова надел их.
Алиса обратила внимание на то, что на сцене стоит еще и большой шкаф. Где же она его видела? Конечно же, он стоял на плоту, который плыл по реке! И в шкафу ехал знаменитый и великий Столп невежества. Покровитель беспамятства. Главный вкушец Клоп Небесный.
Пока Повелитель манипулировал с очками, дверцы шкафа раскрылись и оттуда выглянул Клоп в синей хламиде, расшитой серебряными звездами.
— Позор! — воскликнул он. Сделал шаг назад, и двери шкафа закрылись вновь.
— Позор! — закричали поклоны, что собрались в зале. Они подпрыгивали в креслах, размахивали кулаками, строили рожи, но, правда, ни один не поднялся с места и не посмел подойти к Кротам, что стояли у дверей зала плечом к плечу, набычившись, нахохлившись, готовые сражаться до конца.
— Не надо, — сказал тихо Радикулит Грозный, — зачем же так! Мы все здесь друзья, мы все настоящие поклоны. Если мы будем ссориться, кто же будет нас бояться, дети мои?
— Они убили Червяка Самоготолстого!
— Знаю и скорблю, — сказал Повелитель, почесывая пучок волос, что торчал над короной. — Тем более что Червяк Самыйтолстый был моим возлюбленным родственником. И потому я строго накажу наших неразумных детей — баронов леса, кровожадных Кротов. Мы решим этот вопрос сейчас же. Подойдите ближе к моему трону, гадкие дети!
Кроты одновременно поклонились и поспешили к сцене.
— Стойте! — приказал им старик с попугаем на голове, когда они подошли близко. И как бы в ответ на его слова из оркестровой ямы поднялся лес копий и верхушки шлемов, — оказывается, там затаились воины охраны.
Братья замерли.
Алиса, которая осталась стоять у входа, рядом с двумя воинами, разглядывала зал.
Вместо задника на сцене висели флаги, на каждом был нарисован белый слон. Алиса уже достаточно знала про этот мир, чтобы догадаться, что слон и называется здесь Радикулитом.
По сторонам сцены, незаметные, пока глаза не привыкли к полумраку, стояли две кучки людей. Справа — вкушецы, этих Алиса уже научилась узнавать, слева — мужчины, большей частью пожилые, бородатые, длинные одежды которых были изукрашены геометрическими знаками, словами, буквами, цифрами и непонятными значками. На головах этих людей были высокие черные цилиндры.
За троном возвышались два гигантского роста телохранителя, на головах которых были странные, чем-то знакомые шлемы — круглые, с кольцом сбоку. В кольца были вставлены пучки перьев. Что же напоминали эти шлемы? И тут Алиса не выдержала и громко засмеялась. Она поняла, что на головах главных телохранителей ночные горшки. С ручками.
— Кто смеется? — спросил Радикулит.
Тут же из темноты к Алисе кинулись два человека в темных одеждах и шапках, к которым были пришиты громадные уши.
Они схватили ее и поволокли к сцене.
— Ну, скорее, что там? — спросил Радикулит.
— Твои наушники-подслушники, великий господин, докладывают! — крикнул один из них. — Это девчонка.
— Зачем здесь девчонка?
— Разрешите сообщить, ваша милость, — сказал Правый Крот. — Разрешите сказать.
— Говорите, мои милые, — ласково произнес Повелитель. — Говорите, мои мальчики. Всю правду говорите. Ничего не таите.
Люди с пришитыми ушами держали Алису за локти. Не больно, но крепко.
— А зачем вам запасные уши? — тихо спросила Алиса.
Они не ответили, но Повелитель, у которого был изумительный слух, что, как известно, помогло ему пережить сорок четыре заговора и три восстания, ответил за них:
— Это мои наушники-подслушники, слухачи и доносчики. Моя опора и надежда. — Тут же Радикулит поглядел на Кротов. — Говорите, мои кровожадные, — сказал он. — Говорите.
Левый Крот сделал шаг вперед, поклонился и сказал:
— Как было велено, мы сели на корабли и приплыли в столицу по зову нашего Повелителя.
— Хорошо, люблю послушных мальчиков. Говорите, говорите.
— Мы взяли с собой драгоценные и редкие дары, чтобы обрадовать глаза нашего Повелителя.
— Говори, говори.
— В пути, остановившись на ночлег на Длинном острове, мы встретили уважаемого поклона Червяка Самоготолстого. Мы не имели к нему вражды и мирно провели ночь.
— Проверить! — приказал Радикулит, обернувшись к вкушецам.
— Проверено, — ответил один из них. — Это правда.
— Но уважаемый поклон Червяк Самыйтолстый возжелал получить вот эту девочку, на которую вы обратили свое благосклонное внимание, Повелитель.
— Почему? Что в ней особенного?
— Эта девочка — акробатка, она умеет делать такие трюки, которых не знают наши акробаты. Мы сами выучили ее этим трюкам и хотели привезти ее в подарок нашему грозному Повелителю. Разумеется, мы вынуждены были отклонить требование Червяка.
— Любопытно, — сказал Радикулит. — Продолжай, мой мальчик!
— А когда мы спустились на берег в столице, Червяк устроил засаду, чтобы отнять у нас девочку. Мы не нападали на него, но защищались. И в бою подлый Червяк был убит.
Повелитель обернулся к вкушецам. Один из них вышел вперед и наклонил голову. Но сказать ничего не успел, потому что с одного из кресел, что стояли полукругом у сцены, вскочил очень высокий и страшно худой поклон и закричал:
— Я, Червяк Самыйдлинный, требую казни этих ничтожных самозванцев и жалких лесных бродяг за смерть моего возлюбленного брата. Если Червяк из нашего рода требует рабыню, вы должны с благодарностью отдать ему рабыню. Смерть преступникам!
— Я выслушал тебя, мой уважаемый Червяк Самыйдлинный, — сказал ласково Радикулит. — Я полностью разделяю твое негодование. Я рассмотрю твою просьбу.
Дверь шкафа раскрылась, оттуда выглянул Клоп Небесный и сказал:
— Я разделяю точку зрения Червяка Самогодлинного. Никто не смеет поднять руку на представителя знатного рода.
— Никто! — закричали, перебивая и подогревая друг друга, остальные вельможи, что сидели в креслах.
Тут Левый Крот не выдержал. Он закричал, обращаясь к орущим вельможам:
— У меня нет меча, и я не могу осквернить вашей подлой кровью этот священный дворец. Но когда мы выйдем, я вызываю на честный бой до смерти любого из вас!
Эти слова вызвали новую вспышку негодования.
— Как он смеет! — кричали толстые и тонкие, низенькие и величавые вельможи Крины. — Самозванец! Поклон в первом поколении! Твой отец был простым лесным разбойником.
— Пускай, — отвечал им Левый Крот. — Пускай он был разбойником, но вы от него бегали, как быстроногие трусливые черепахи!
— Ах! — закричали вельможи. — Ах!
Видно, под черепахой имелся в виду какой-то очень позорный для них зверь.
Радикулиту надоели эти крики, он поморщился и поднял руку, давая знак всем замолчать. Никто не замолчал, словно забыли, где находятся.
Тогда раздался удар гонга, такой низкий и гулкий, что его звук поглотил остальные звуки в зале.
Вельможи опомнились.
Червяк Самыйдлинный сказал:
— Просим голосования вельмож! Пускай решит голосование.
— Голосование! — закричали остальные вельможи.
— Кто за то, чтобы немедленно казнить Кротов, а их имущество и замок поделить между нами? — спросил Червяк.
Все вельможи без исключения подняли обе руки.
— Вот так, поклон Радикулит, — сказал Червяк и сел.
Наступила тишина. И в этой тишине послышался голос Радикулита:
— Мы тут посоветовались с мудрецами, — старики в высоких шапках поклонились, — и со вкушецами, — жрецы поклонились, — и решили: ваше требование законно и обычай должен быть соблюден. Так что вам, мои дорогие мальчики-кротики, придется погибнуть.
— Мы будем сопротивляться, — сказал Правый Крот.
— Похвально! — ответил Радикулит. — Вы отважные воины.
— Отдай их мне, господин, — выглянул из шкафа Клоп Небесный.
Алисе хотелось спросить, почему этот человек прячется в шкафу, но спросить было не у кого.
— Конечно, считай, что они твои, — ласково ответил Повелитель.
— Я кину их в пропасть Блаженства.
— Разумеется, — согласился Радикулит. — А теперь мы перейдем к насущным делам.
— Как так? — подпрыгнул в кресле Червяк Самыйдлинный. — А казнить? Сначала казнь!
— Погодите, дорогие мои, любезные поклоны, — сказал Радикулит. — Разумеется, мы их казним. Но не сейчас. Не в день, когда мы выходим в великий и исторический поход. И в этом походе кровожадные Кроты нам очень и очень понадобятся. С их знанием леса, с их умением сражаться! Нет, пускай они погибнут в бою, в первых рядах, пускай они искупят свое преступление кровью на пользу общего дела. А если они случайно останутся живы, мы их убьем сразу после окончания победоносного похода. Разве я не мудро решил?
— Мудро, — криво усмехнулся Червяк. Конечно, он не был согласен с Радикулитом, но, если будешь возражать, получается, что ты выступаешь против общего дела. Поэтому Червяк некоторое время мялся, словно искал убедительные слова, потом махнул худой лапкой и плюхнулся в кресло.
— А пока что, — сказал Радикулит, — покажите мне, что вы там принесли мне в подарок. А то, когда погибнете, некому будет приносить мне подарки.
И многие в зале захлопали в ладоши, поражаясь мудрости Повелителя.
— Во-первых, мы нашли в лесу и отобрали у пигмеев их главную святыню, за которой тщетно охотятся многие славные мужи, — сказал Левый Крот.
Он махнул рукой. Воины вытащили на сцену мраморную статую и поставили ее. Правый Крот подозвал к себе Алису и тоже вывел ее на сцену.
Радикулит спросил:
— А это акробатка?
— Замечательная акробатка, — сказал Правый Крот, — специально выдрессированная лесными мудрецами и волшебниками, чтобы услаждать ваши глаза, милостивый Повелитель.
— Покажи, — сказал Радикулит Алисе.
— Что показать? — спросила Алиса.
— Что ты умеешь.
Алиса пожала плечами. Лживый и сладкий Радикулит ей не понравился. Впрочем, Алиса чувствовала, что и она Повелителю пришлась не по душе. Так что неприязнь была взаимной.
— Девчонка! — зарычал Правый Крот. — Показывай все, что ты умеешь.
— В ином случае, — улыбнулся Радикулит, — не поздно еще пересмотреть приговор. Почему мы должны откладывать казнь братьев Кротов? Может, сделаем это сейчас? Повеселим наших слуг?
— Конечно! И скорее! — закричали вельможи.
— Если ты думаешь, девчонка, — сказал из зала Левый Крот, — что, когда нас казнят, ты останешься живой, ты ошибаешься. Я всегда успею отрубить твою упрямую голову.
Алиса поняла, что он не шутит. Но одно дело — крутить сальто на берегу вместе с Пашкой, когда это тебе хочется, другое — здесь, на голой пыльной сцене, под взглядами напыщенных индюков.
Но что поделаешь?
Алиса разбежалась и сделала сальто. Вышла из сальто в стойку и прошлась немного на руках. Что еще им показать? Она перевернулась, сделала ласточку, потом шпагат и снова сальто.
— И это все? — спросил Радикулит разочарованно.
— Почти все, — ответила Алиса.
— И из-за этого Червяк напал на вас?
— Из-за этого, — сказал Правый Крот.
Повелитель посмотрел на своего советника — старика с чучелом попугая на голове.
— Конечно, это редкий дар, — сказал старик. — Но скорее он подходит для ярмарки, чем для Повелительского дворца.
— И я так думаю, — сказал Радикулит. — Пускай она подождет нашего решения.
— Отдай девочку мне. — Голова Клопа высунулась из шкафа. — Мне она нравится.
— Я сказал — подождем. Есть еще второй подарок.
Один из охранников подошел к Алисе и довольно чувствительно толкнул ее.
— Отойди, не слышала, что ли?
Алиса не стала спорить. Чем дальше от негодяев, тем безопаснее.
— Так, — сказал Радикулит. — А это Белая Дама?
— Так точно, ваша милость, — сказал Правый Крот.
— Таинственная Белая Господинка, богиня пигмеев?
— Она самая.
Радикулит поднялся с зубоврачебного трона, и оказалось, что одно плечо у него выше другого, и притом он хромает.
— А что у нее в руках? — спросил он подозрительно.
— Не можем знать, — ответил Правый Крот.
— Мудрецы, — приказал Радикулит, — выскажите свое высокое мнение.
Мудрецы в высоких цилиндрах тут же окружили статую, начали водить по ней пальцами, щелкать, стучать, двое встали на колени и стали вслух, споря из-за каждой буквы, стараться прочесть слово «Читательница» на пьедестале.
— Скорее, дорогие, — торопил Радикулит, — отвечайте. Нам еще многое надо обсудить. Если вы, мои голубчики, будете так долго разгадывать эту простую загадку, придется передать вас в руки вкушецов забвения.
Мудрецы засуетились, сдвинулись в кружок, так что цилиндры касались друг дружки, пошептались, и главный мудрец с длинной, до пояса, раздвоенной бородой сказал:
— Как сказало нам великое знание, учениками и слугами которого мы, господин, являемся, эта Белая Дама, давно потерянная и наконец-то возвращенная, в подлинности которой мы не сомневаемся, держит в руке священный кирпич, который, по преданию, она заложила в основание храма.
— Но с другой стороны, — сказал второй мудрец, невежливо отталкивая в сторону своего коллегу, — есть версия, не менее достойная доверия, и она заключается в том, что Белая Дама держит в руках коробку с конфетами.
Алиса снова хихикнула.
— Девочка, у тебя есть своя версия? — ласково спросил Радикулит. — Ты, по-моему, слишком умная.
— У нее в руках книга, — сказала Алиса. — Что же, ваши мудрецы книг не видели?
— Что? Что она говорит, богохульница! — закричал, распахнув дверь шкафа, вкушец Клоп Небесный. — Богиня никогда не падет так низко, чтобы взять в руки это проклятие прошлого — книгу!
— Девочка очень глупа! — сказал главный мудрец.
— А что за буквы у ног этой Белой Дамы? — ласково спросил Радикулит.
— Мы их расшифровали, — сказал белобородый мудрец. — Они означают: «Успокоение».
— Есть другая версия, — сразу же вылез вперед второй мудрец, видно, вечный соперник первого. — Там написано: «Слава Радикулиту, мудрейшему Повелителю».
— Странно, — сказал Радикулит, — неужели богиня знала о том, что я приду править этим миром, надпись-то кажется старой. А ты что скажешь, акробатка?
— Там написано: «Читательница», — сказала Алиса. — Наверное, эта статуя когда-то стояла в библиотеке, поэтому девушка читает книгу.
— Какой ужас! — воскликнули мудрецы. — Она хочет сказать, что женщина могла читать! Таких девочек надо жечь на костре!
— Почему женщина? — спохватилась Алиса, которая перехватила горящий злобой взгляд Клопа из двери шкафа. — Вы же сами говорите, что это — богиня. А богиням все можно. И читать тоже.
— Богине можно и читать, — проскрипел Клоп. — Но вот рабыне-акробатке читать не положено.
— Ты в самом деле умеешь читать, мое сокровище? — спросил Радикулит. И в его голосе было столько сладости и столько угрозы, что Алиса почувствовала, как над ее головой повис топор.
— Нет, — сказала Алиса. — Зачем мне читать! Мне так показалось.
— Вижу, что показалось. Ты лживая девчонка, и мне хотелось бы узнать, чем ты околдовала этих глупых лесных разбойников.
— Я не колдовала. Я прыгала, — сказала Алиса.
— А прыгаешь ты слишком ловко, — сказал Радикулит.
— Отдай ее мне, Повелитель, — проскрипел из шкафа Клоп Небесный. — Я из нее быстро выпытаю правду.
— Это все куда серьезнее, чем вам кажется, — произнес Радикулит, глядя на Алису в упор кошачьими желтыми глазами. — Иди, девочка, подожди, пока дяди и тети будут говорить о своих скучных делах. Потом мы решим твою судьбу.
— Куда идти? — спросила Алиса.
— Тебе покажут, — ответил Радикулит и кивнул старику-советнику.
Тот подозвал пальцем одного из подслушников с привязанными к шапке ушами и что-то тихо приказал ему. Алиса уловила лишь последние слова: «Отвечаешь головой!»
Подслушник цепко схватил Алису за руку и утащил за сцену, в пыльные, темные проходы между ржавых колес и свисающих сверху тряпок. Когда они остались одни, он больно ущипнул ее.
— За что? — спросила Алиса.
— Чтобы знала, где ты. От нас еще никто не уходил живым, — сказал подслушник.
— А я и не убегаю, — сказала Алиса.
Рядом мелькали черные ушастые тени — подслушники охраняли заседание поклонов.
— Иди, — подслушник толкнул Алису, она споткнулась.
— Ой! — сказала она. — Ногу подвернула.
Алиса села на пол и подумала: «А что он теперь будет делать?»
— Ты где? — спросил подслушник.
— Здесь. Ой, ногу больно!
— Иди!
Подслушник принялся бить Алису ногами, но в темноте не мог попасть, сердился и ругался. Этого Алисе и надо было. Она схватила его за поднятую ногу и так рванула, что он с писком полетел на пол.
Алиса поднялась, сорвала с его пояса веревку, быстро скрутила ему руки. Чем бы заткнуть рот? Ага, у нее же есть платок. Жалко, конечно, платок, мама вышивала, но для хорошего дела и платком можно пожертвовать. Алиса заткнула хрипящему подслушнику рот платком и, подхватив его под мышки, потащила в сторону от прохода.
И вовремя — зашуршали, зашлепали шаги: со сцены уходили вкушецы и мудрецы. Два подслушника гнали их.
— Скорее, — торопили они. — Давайте отсюда! Нечего вам слушать, о чем разговаривают великие.
Алиса засунула мычащего подслушника за кучу сломанных и сгнивших декораций и сняла с него шапку с ушами.
Шапку она надела себе на голову, потому что уже поняла, что в этой темноте видны только силуэты. А силуэт человека с громадными ушами не вызовет никаких подозрений.
Затем она проскользнула обратно к сцене и остановилась за дырявым задником. Так что теперь она отлично слышала и видела все, что происходило в зале.
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 95
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 75
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 42
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 52
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 13
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 60
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 75
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 97
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 68
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 26
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 85
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 75
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 45
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 79
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 54
Обзор мебели для БДСМ и CBT сессий 77

Похожие новости:

  • Как сделать в инстаграм прямоугольными
  • Прическа с длинному платью в пол
  • Поздравление с днём рождения деловому человеку
  • К чему подарок черепаха
  • Гойдалки з дерева своими руками фото